История доносит до нас различные характеристики, даваемые временем различным обстоятельствам и народам. В характеристике черкесов время выделило их воинственность в качестве доминировавшей черты этих племен.
На эту доминанту опирается память о черкесах, сохраняемая на Кавказе и во всех странах, куда бросала судьба черкесские племена. Черкесы - бесстрашные и суровые воины - в течение многих веков держали в страхе своих врагов, сохраняя пределы своей страны труднодоступными для них.
Черкесия - почти мифическая страна - в глазах европейцев привлекала своей загадочностью и малодоступностью, как и люди ее населявшие. Те, кто по разным причинам и по разным обстоятельствам посещали Северо-Западный Кавказ в XVIII - XIX вв. оставили многочисленные воспоминания, а также отобразили свои впечатления о горном крае в стихах и прозе [1].
В общем хоре голосов следует выделить голос М.Ю. Лермонтова, сумевшего, на наш взгляд, более других проникнуть в характер черкесов.
Будучи на Кавказе в качестве офицера Кавказского корпуса и принимая участие в военных экспедициях в горы, М.Ю. Лермонтов имел возможность непосредственно наблюдать черкесов и оценить их воинские качества.
Черкесы-воины вызывали у него восхищение и уважение:

Как я любил, Кавказ мой величавый,
Твоих сынов воинственные нравы,... [Измаил-бей].

Неудивительно, что образ черкесских воинов занимал много места в его творчестве. В стихотворениях и поэмах «Черкесы», «Кавказский пленник», «Каллы», «Измаил-бей», «Аул Бастунджи», «Хаджи Абрек», «Беглец», «Кинжал», «Дары Терека» - М.Ю. Лермонтов характеризует черкесских воинов, выявляя систему его ценностных ориентиров. Михаил Юрьевич выстраивает иерархию этих ценностей, подчеркивая причинно-следственный характер взаимосвязи и взаимообусловленности между ними:

И дики тех ущелий племена,
Им бог - свобода, их закон - война;
...
Там поразить врага не преступленье;
Верна там дружба, но вернее мщенье;
Там за добро - добро, и кровь - за кровь,
И ненависть безмерна, как любовь [Измаил-бей].

В ряду отмеченных качеств черкесских воинов М.Ю. Лермонтов на первое место ставил свободолюбие. В системе ценностных ориентаций черкесов свобода - главная святыня и атрибут воина [Кинжал]. Корни любви к свободе произрастали из почвы любви к отечеству. Ради стороны родной черкесы могли пожертвовать жизнью, к чему обязывались своим воспитанием и традициями отцов [Измаил-бей]. Даже будучи на чужбине, черкесы продолжали следовать им, сохранять и подчеркивать свою этническую принадлежность [Измаил-бей].
Одно из центральных мест в жизни и во всей ценностной системе черкесов занимала война, в силу того, что свою свободу и свое отечество им необходимо было постоянно защищать от воинственных соседей. Война не только не пугала черкесов, но была отрадным делом. Влияние войны, военного быта, постоянно присутствовали и проявлялись во всем строе жизни черкесских обществ [Кавказский пленник, Хаджи Абрек]. Война естественным образом связывалась со смыслом их жизни.
В любое время черкесы, вне зависимости от своего возраста и положения, были готовы к бою. Они никогда не расставались со своим оружием, издавна ставшим частью их повседневного быта. В случае начала войны черкесы быстро перестраивались на военный лад:

... Промчался клик: война! война!
И пробудились племена.
Насмерть идут они охотно.
Умолк аул, где беззаботно
Недавно слушали певца;
Оружья звон, движенье стана:
Вот нынче песни молодца,
Вот удовольствия байрана!.. [Измаил-бей].

Война не вызывала у черкесов печали. То, что стало частью повседневного быта, не может пугать или печалить. Напротив, война будоражила кровь, заставляла трепетать от ужаса и счастья, рождая в людях особенную, священную радость. Черкесы не боялись погибнуть в бою. Такая смерть считалась самой лучшей и достойной долей для воина:

... В бою мы рады лечь костями;
Чего же лучшего нам ждать?.. [Измаил-бей].

М.Ю. Лермонтов представляет черкесов искусными и удалыми воинами. Их тактика ведения боевых действий была тесно связана с природой местности и диктовалась ее обстоятельствами:

... безвестными горами
Блуждает он (Измаил-бей), дерется с казаками,
И, заманив полки их за собой,
Пустыню усыпает их костями
И манит новых по дороге той.
За ним устали русские гоняться,
На крепости природные взбираться;
Но отдохнуть черкесы не дают;
То скроются, то снова нападут.
Они как тень, как дымное виденье,
И далеко и близко в то ж мгновенье. [Измаил-бей].

Военная удаль неразрывна с умением владеть оружием. По свидетельству М.Ю. Лермонтова, лучше всего черкесы владели шашкой. С виртуозностью они наносили молниеносные и страшные по силе удары:

... Везде, налево и направо,
Чертя по воздуху круги,
Удары шашки упадают;
Не видят блеск ее враги
И беззащитно умирают!.. [Измаил-бей].

Военный образ жизни заставлял черкесов трепетно относиться к своему оружию, дорожить им, так как оружие было не только и не столько средством войны, но и главным его богатством и предметом особой гордости. Оружием украшались стены черкесской сакли:

... Блистает по стенам кругом
Богатство горца: ружья, стрелы,
Кинжалы с набожным стихом... [Измаил-бей].

Оружие придавало воину уверенность и силу. В любой ситуации черкесы вверяли свою судьбу своему оружию, надеясь вместе с ним быть среди победителей [Аул Бастунджи]. М.Ю. Лермонтов в стихотворении «Дары Терека» подчеркнул эту слитность черкесских воинов с их оружием. В состав комплекта оружия черкесского воина входили: кинжал, шашка, лук и стрелы, пистолет, ружье, кольчуга, панцирь, шлем и налокотники. Необходимо отметить то обстоятельство, на которое обратил внимание Лермонтов, что панцирь, кольчугу, шлем и налокотники носили только представители привилегированных сословий [Черкесы, Измаил-бей].
Воинская удаль черкесов проявлялась также в разнообразии приемов и ухищрений, которые они применяли в бою. Черкесы могли на полном скаку броситься в бурную реку с крутого обрыва вместе с лошадью, скрываясь от погони или совершить внезапное нападение [Кавказский пленник].
Непременным качеством черкесских воинов была их храбрость. Подчеркивая эту сторону в характере черкесов, М.Ю. Лермонтов отмечал, что они не испытывали страха перед смертью и с достоинством встречали ее [Черкесы]. В сражении рьяно атаковали своих врагов, делали это открыто и стремительно, вламываясь в ряды неприятеля:

Недолго Измаил стоял:
Вздохнуть коню он только дал,
Взглянул, и ринулся, и смял
Врагов, и путь за ним кровавый
Меж их рядами виден стал!
...
Как юный лев, разгорячась,
В средину их врубился князь;
...
За ним, погибель рассыпая,
Вломилась шайка удалая... [Измаил-бей].

Храбрость черкесов в бою безрассудна. Они отчаянно бросались на врагов, не взирая на их превосходство [Измаил-бей].
Воины-черкесы презирали трусов. Страшнее этого имени среди них ничего не было. Они предпочитали смерть в бою спасению бегством, так как немедленно превращались бы в изгоев не только в своем ауле, но и в своей собственной семье с несмываемой печатью позора [Беглец].
Черкесы были лихими наездниками. Черкес и его конь составляли одно неразделимое целое. Взаимопонимание человека и животного было настолько полным, что конь сам подстраивался под своего наездника и во всех обстоятельствах делал то, что необходимо было делать.
На своих конях черкесы совершали опаснейшие трюки, которые для человека стороннего, казались безрассудными [Кавказский пленник]. Такое мастерство достигалось путем постоянных тренировок, которым уделялось много времени. Даже находясь уже в преклонном возрасте, черкесы не теряли своих наезднических навыков [Аул Бастунджи]. Конь был равноправным товарищем черкесских воинов, непременной частью их ратной жизни. Черкесы доверяли своим коням также, как доверяли своему оружию:

Не изменит добрый конь:
С ним - и в воду и в огонь;
Он, как вихрь, в степи широкой,
С ним - все близко, что далеко... [Измаил-бей].

Кровная месть была давним и суровым механизмом поддержания равновесия в горском обществе. Кровная месть была действенным средством защиты частного интереса и одновременно средством мобилизации коллектива, обязанного долгом отмщения обидчику и виновнику бесчестия. Эту сторону жизни горцев М.Ю. Лермонтов отобразил в стихотворениях «Каллы», «Хаджи Абрек». Черкесы жестоким и изощренным образом мстят своим кровникам, которыми могли быть как отдельные индивиды, так и целые народы [Измаил-бей]. Честь не позволяла черкесам уклониться от исполнения древнего и обязательного обычая мщения, исполнение которого могло занимать много времени. Иногда этому посвящали всю жизнь. Месть в этом случае обретала смысложизненное содержание, делалась первостепенной целью существования [Хаджи Абрек].
Месть как смысл жизни становилась делом всего народа, если его оскорбляли и унижали. И тогда не было покоя в черкесских селениях - каждый воин считал себя обязанным участвовать в возмездии и наказании обидчиков: позор оскорбления мог быть искуплен только кровью врагов [Измаил-бей].
Поэтический талант М.Ю. Лермонтова создал во многом идеальный образ черкесского воина, окружив его ореолом романтизма и экзотики. При этом поэт сильно способствовал тому, что герои его произведений утратили свою литературность и превратились в живых людей.
Лермонтов сохранил для потомков образ черкесов, которых многие из тех, кто познакомился с произведениями поэта, стали видеть его глазами.  Вольно или невольно, сделался защитником черкесов, призывая Россию к бережному и вдумчивому пониманию особенностей Кавказа .

Адыги.ру